«Учиться должно быть в кайф» – о пальчиковых играх и ноутбуках

© iuricazac – stock.adobe.com

Обзор более и менее успешных методов обучения – с перспективами для родителей.

Проведенное в 1992 году исследование «Breakpoint and Beyond» выявило, что 98 процентов задействованных в нем детей можно было назвать гениальными, поскольку они отвечали соответствующим критериям. В тестировании принимали участие 1 600 детей в возрасте от 3 до 5 лет. Творческий подход означает, что удается найти несколько нестандартных решений проблемы. Дети так изобретательны, прежде всего, потому, что не боятся совершать ошибки. Но каков будет результат, если проверить способности этих же детей спустя некоторое время? Именно так и поступили ученые. Выяснилось, что с возрастом дети всё больше утрачивали свой творческий потенциал. Из взрослых, прошедших тестирование в детстве, к 31 году гениальными можно было назвать всего 2 процента. Что же произошло за это время? Неужели фантазию детей уничтожило в зародыше школьное обучение, как утверждает британский писатель и эксперт по вопросам образования и творчества Кен Робинсон? В нашей статье мы хотим рассмотреть данный вопрос подробнее, а также показать пути решения этой дилеммы.

© New Africa – stock.adobe.com

Каждый 14-й ребенок в Германии не имеет даже аттестата об окончании средней школы. По мнению известного нейробиолога Манфреда Шпитцера, такая ситуация совершенно недопустима. Ведь способности нашего мозга к обучению грандиозны, мы не можем совсем ничего не усваивать. Только когда погибает 70-75 процентов всех клеток мозга, снижается его работоспособность, и никак не раньше. Шпитцер приводит в качестве примера девочку, которой пришлось оперативно удалить левую часть мозга, где находится речевой центр. Сегодня эта выросшая девочка свободно говорит на двух языках. Почему же люди, у которых мозг в полном порядке, не могут окончить среднюю школу? Проблема заключается в том, что наше серое вещество зачастую усваивает не то, что хочет учитель, а другие, более интересные вещи. И уж точно мозг не предназначен для заучивания наизусть, для бездумной зубрежки. Его нельзя представить себе в виде жесткого диска, на котором просто хранится информация. Мозг всегда должен устанавливать взаимосвязи.

© Giovanni Cancemi – stock.adobe.com

Наш мозг разборчив

Ныне покойная автор книг и психолог Вера Биркенбиль решила выяснить, почему мы забываем бóльшую часть того, чему нас учили в школе. Она пришла к выводу, что это не связано с отсутствием у учеников интереса, мотивации или таланта. Если кто-то ничего не усваивает, то почти всегда это связано с тем, что материал преподносится недостаточно хорошо – иными словами просто потому, что уроки скучные. Дело в методике преподавателя, а не в изучаемой теме. Кроме того, наш мозг не предназначен для бесцельного усвоения знаний. Но именно это часто и происходит на занятиях. Выходит так, что за пределами школы дети учатся больше, чем в ее стенах: в свободное время происходит то, что им интересно, что вызывает желание этим заниматься. Как раз тогда у детей и пробуждается исследовательский дух. Они активно накапливают знания, в отличие от школы при фронтальном обучении, где учитель обрушивает на них поток новой информации. Вот почему Вера Биркенбиль проводит идею: учиться «должно быть в кайф».

© Gorodenkoff – stock.adobe.com

У многих из нас был такой учитель, который мог воодушевить своим предметом, заразить собственным энтузиазмом настолько, что мы до сих пор сохраняем позитивный интерес к этой области. А если бы каждый предмет преподавался именно так?

Чрезмерное образование

К сожалению, реальность выглядит иначе, и это наглядно показало исследование PISA, проведенное Организацией экономического сотрудничества и развития (ОЭСР). Как следует уже из названия организации, она преследует, в первую очередь, экономические цели: дети должны быть подготовлены к тому, чтобы во взрослом возрасте обеспечить максимально возможный экономический рост.

По результатам тестирования PISA Германия не вошла в число лучших. Возникает вопрос, как это характеризует немецкую систему образования. Любопытен опыт Китая – страны, которая неоднократно занимала первые места в исследованиях PISA. На первый взгляд, успехи китайских школьников впечатляют. Но при ближайшем рассмотрении становится ясно, что речь идет о системе повышения показателей, напоминающей гигантскую машину: родители, бабушки и дедушки тратят значительную часть своих средств, чтобы их дети и внуки могли получить хорошее образование. Конкуренция предельно жесткая: каждый хочет, чтобы его ребенок достиг успеха, сдал экзамены с отличием. Основное внимание уделяется тестам и конкурсам: детей буквально муштруют, чтобы они показали наилучший результат. Учебный процесс вовсе не предполагает дискуссии или обмена различными мнениями. Стандартный ответ уже имеется, его просто нужно вспомнить во время экзамена. Приходится много зубрить, вот почему занятия в школе начинаются уже в 7.30 утра, а заканчиваются поздно вечером, в 20.30.

© imtmphoto – stock.adobe.com

Даже маленькие дети испытывают психологическое давление из-за ожидаемых от них высоких оценок. При таком подходе дети действительно усваивают очень много информации, однако не без последствий: они практически никогда не высыпаются, не имеют возможности отдохнуть и в целом редко переживают счастливые мгновения. Надо ли удивляться, что в Китае уровень самоубийств среди детей относительно высок?

По результатом тестов PISA эта страна считается образцовой. Но стоит ли стремиться к такому лидерству? Соседствующая с Германией Франция, похоже, движется в том же направлении; там есть «école maternelle» – детский сад, в названии которого уже присутствует слово «школа» (франц. «école»). Во Франции обязательное школьное образование начинается с трехлетнего возраста. Для каждого ученика имеется учебный план и так называемые «тетради достижений». Малыши дисциплинированно сидят за столами и занимаются предписанным видом деятельности. Учитель – человек, облеченный авторитетом, к которому нельзя обращаться просто по имени. Некоторые дети проводят в «maternelle» до 10 часов ежедневно.

Идея такого типа начальной школы заключалась в том, чтобы избежать неравенства между детьми разного происхождения. Благодаря столь раннему включению в учебный процесс все с самого начала имеют равные стартовые возможности. Кроме того, ребенок привыкает к жизни в коллективе.

© len4foto – stock.adobe.com

Ты должен функционировать ...

Хотя немецкие и французские детские сады различаются, у таких учреждений по всей Европе и в США есть много общего. Германия унаследовала формы обучения от старой прусской системы, основанной, главным образом, на «муштре». Но и в других странах, особенно в военное время, требовались молодые люди, способные эффективно функционировать. В эпоху индустриализации также нужны были те, кто мог бы выполнять простые действия согласно инструкциям. Школа могла их хорошо подготовить к подобной работе. К счастью, теперь времена изменились. Но сейчас военизированные черты начинает приобретать и экономика: фирмы ищут выпускников, которые функционировали бы внутри системы по принципу «быстрее, выше, дальше». Темпы работы ускоряются, сроки сокращаются, а прибыль должна непрерывно расти. Руководящие кадры всё чаще впадают в депрессию, потому что не могут выдерживать такое давление.

Всё больше и больше людей спрашивают себя, действительно ли их жизнь должна быть именно такой. Особенно если учесть, что рост экономики невозможен до бесконечности. Настало время задаться этим вопросом уже на уровне детских садов и школ, которые, по сути, тоже выполняют заказ капиталистической системы. Уже там детей готовят к жизни в мире, где царит конкуренция.

Младенцы обходятся без конкуренции

Исследователь мозга Геральд Хютер объясняет, почему эта система вообще функционирует и почему родители идут у нее на поводу: они боятся, что из их детей ничего не выйдет. При этом ученый знает, что человека нельзя воспитать извне, можно только предложить ему что-то сделать. Геральд Хютер называет это «искусством воспитания». Кроме того, самые маленькие дети противятся идее конкуренции. Находясь в утробе, они были тесно связаны с матерью через пуповину: потребность в таком единстве сохраняется и после рождения. В ходе тестов было установлено, что шестимесячные младенцы проявляют склонность к сотрудничеству. В простой экспериментальной модели они всегда выбирали ситуацию, в которой им оказывались помощь и поддержка. Лишь спустя еще полгода результат получался не столь однозначным: в повседневной жизни дети успели привыкнуть к соперничеству и при заключительном тестировании отдавали предпочтение ситуациям, в которых они действовали друг против друга. Такое поведение дети переняли от своего окружения.

© mansong – stock.adobe.com

Однако давление на детей и юношество ощутимо не только в Китае. Ученица гимназии из Гамбурга с высокой успеваемостью пожаловалась в открытом письме, что после сокращения срока обучения с 13 до 12 лет она перестала жить нормальной жизнью. У нее практически не оставалось свободного времени, она не испытывала радости – то есть именно то, что придает смысл нашей жизни. По ее мнению, школа не готовит учеников к реальной жизни. Вера Биркенбиль придерживалась того же мнения и требовала: вместо действий с дробями – уметь читать расписание движения поездов, вместо склонений и спряжений – научиться гладить одежду, вместо извлечения квадратного корня – уметь различать корнеплоды. Но в первую очередь, она призывала к внедрению надлежащих методов обучения.

© Syda Productions – stock.adobe.com

Попасть в поток

Вера Биркенбиль имеет в виду методы, которые развивают в нас способность обучать самих себя. Нам нужно знать, как учиться, где искать информацию или о чем стоит спросить эксперта в определенной области. То есть вопросы и являются основой для получения новых знаний. Кроме того, благодаря самостоятельному обучению человек, обретает независимость. Вера Биркенбиль указывала на необходимость окончательно отказаться от бездумной зубрежки – ведь тот, кто заучивает наизусть, не вникает в суть, не видит связей и фундаментальных принципов. «Чем лучше мы что-то понимаем, тем меньше усилий требуется для запоминания», – говорит она. Здесь также важно попасть в поток – те, кто занимается бегом, не раз испытывали это: ты бежишь, бежишь и вдруг ощущаешь удивительную легкость, когда тебе кажется, что можешь бежать бесконечно. Похожее ощущение счастья знакомо и тем, кто с головой уходит в компьютерные игры. Удивительно, но подобное возможно и во время учебы! Немаловажное условие: изучаемый материал не должен быть для нас ни слишком простым, ни чересчур сложным. Если требования занижены, нам становится скучно. А завышенные требования вызывают фрустрацию. Задача должна быть поставлена таким образом, чтобы она была выполнимой.

Знаете ли вы,

что в мексиканских ковроткацких мастерских ученики сначала два года наблюдают за работой, прежде чем начнут самостоятельно вязать узелки? Действенность этого метода вы, возможно, уже замечали, если сами водите автомобиль: сидя рядом с водителем и не имея прав на вождение, вы уже научились многим вещам, важным для дорожного движения, просто наблюдая за происходящим. Поэтому когда вы сами сели за руль, не пришлось начинать все с нуля.

Выйти из зоны комфорта

Учитывая вышесказанное, нужно адаптировать скорость обучения к индивидуальным способностям ребенка – ведь граница между чрезмерной и недостаточной нагрузкой у каждого своя. Все мы начинаем с малого: с азов. Только хорошо усвоив их, можно двигаться дальше. Здесь стоит заглянуть в наш мозг, где, помимо прочего, расположены зеркальные нейроны. Они активируются всякий раз, когда мы наблюдаем за выполнением определенного действия кем-либо, когда выполняем его сами или даже просто думаем об этом. Уже только одного упоминания о действии достаточно для того, чтобы зеркальные нейроны активировались. Принцип функционирования нейронных связей можно перенести и на обучение: мы учимся, подражая другим. Но для этого мы должны понаблюдать за чем-то несколько раз. Применительно к школе в идеальном случае учитель что-то показывает, затем еще и еще раз. После многократного наблюдения за процессом ученики могут и сами сделать первые шаги, поначалу в замедленном темпе. И только после того, как навык успешно закреплен, скорость можно увеличивать, идет ли речь о математических уравнениях, игре на скрипке или обучении танго. На практике пока всё выглядит иначе: учитель пишет что-то один раз на доске и сразу же ученики приступают к упражнениям. Неудивительно, что те, кому требуется больше времени на усвоение материала, остаются позади и не могут идти дальше наравне с другими.

miniQUADRO

Медленно-медленно, а затем быстро-быстро

Медленный темп в начале процесса обучения имеет решающее значение. 30 очень медленных движений примерно так же эффективны, как 120 быстрых. Вот почему тайцзи – своего рода кунг-фу в замедленном темпе – воздействует на мышцы не в меньшей мере, чем само кунг-фу – гораздо более динамичный вид единоборства. Точно так же на первых порах целесообразно выполнять несколько коротких тренировочных блоков вместо одного продолжительного. Ведь после каждого учебного блока мозг еще некоторое время продолжает работать. Кроме того, важно отрабатывать полученные знания не только на практике, но и мысленно. Даже спортсмены высочайшего класса изучают технические приемы, снова и снова прокручивая их у себя в голове или же наблюдая за тем, как их выполняют другие атлеты – это идеальное дополнение к собственно физической тренировке. Такие умственные упражнения оказывают ощутимое положительное влияние на спортивные результаты.

© eyetronic – stock.adobe.com

Вера Биркенбиль советует начать действовать, а не просто говорить об этом, как часто случается в школе. Только тогда процесс обучения приведет к цели. Она также рекомендует преувеличение как метод обучения: на первом этапе нужно просто подражать продемонстрированному, чтобы потом воспроизвести это в утрированной форме. Ведь только поняв суть явления, вычленив главное, человек может пародировать это или представить в карикатурном виде. Например, нарочито фальшивить, распевая разученную песню. Еще одним эффективным методом обучения является варьирование. Например, музыкальное произведение для гитары полезно будет исполнить еще раз на блокфлейте или на фортепиано. Такой перенос в другую среду помогает закрепить изученное.

Знаете ли вы,

что жевательные резинки полезны для мозга? В процессе жевания к нему поступает больше кислорода. А это важно не только для детей, но и для взрослых, особенно, если они ведут малоподвижный образ жизни.

Бедный язык

А как обстоит дело с изучением языков? Сразу надо отметить, что в Германии – к, сожалению, довольно плохо. Если немецким ученикам нужны дополнительные занятия с репетиторами, то речь идет, главным образом, о языках – как немецком, так и иностранных. Напрашивается вывод, что ученики просто бездарны. Но если посмотреть, например, на Нидерланды, граничащие с Германией, картина будет совершенно иной: там много людей, говорящих на трех и даже четырех языках. Возможно ли такое, что по другую сторону границы люди не столь умны и не так одарены в языковом плане? Нет, просто в Германии, очевидно, используются не те методы.

Биркенбиль предложила более эффективные варианты. На своем сайте она сама себя называет человеком альтернативно мыслящим (альтернативное мышление – явление в целом очень положительное); о зубрежке слов и заучивании таблиц спряжений она невысокого мнения. Сначала она рекомендует то, что в преподавании языка осуждается: дословный перевод. Он позволяет осознать структуру языка. Так можно научиться понимать, как язык функционирует. В своем видеофильме «С нуля до простого турецкого» Биркенбиль объясняет, как мы можем легко (и в унисон с мозговой деятельностью) получить начальные знания по турецкому – языку, в принципе, не столь сложному, поскольку в нем компоненты просто нанизываются друг за другом. А это значит, изучающему язык не придется зазубривать уйму исключений и отклонений, как это часто бывает при овладении немецким.

© nellas – stock.adobe.com

Лучше никакой грамматики

Будет лучше, если вначале вовсе не пытаться понять грамматику. Целесообразнее взять какое-то новое окончание и использовать его в речи. Спустя три месяца, когда эта форма закрепится, можно заглянуть в учебник по грамматике и гораздо лучше понять приведенные там объяснения. Биркенбиль также советует не отрабатывать окончания сразу на основе турецких слов, а сначала брать немецкие слова и добавлять к ним турецкое окончание. То есть, немецкий глагол сначала спрягается с непривычным окончанием, благодаря чему учащемуся не нужно усваивать сразу два новых элемента – иностранное слово и иностранное окончание. Как только спряжение перестанет вызывать сложности, можно вводить в игру и турецкое слово.

Чтобы освоить необычное турецкое произношение, где много букв Ö и Ü, Бирекенбиль рекомендует много раз спеть известную детскую песенку «Три китайца с контрабасом», заменяя в ней все гласные на Ö или Ü – это помогает привыкнуть к нагромождению подобных гласных. Всё так просто!

© Christian Schwier – stock.adobe.com

Больше терпимости – в том числе и к ошибкам

Самое главное – не бояться ошибок. В общении мелкие ошибки не имеют значения. Носитель языка, так или иначе, слышит то, что должен слышать, и «сглаживает» несоответствия в своем мозгу. В целом, страх ошибок и оценочных суждений увеличивается с возрастом. Малыш, который учится ходить, не боится сделать что-то неправильно – ну а падений всё равно не избежать. Ребенок пытается встать, снова падает, но не сдается, несмотря на эту «ошибку», и продолжает свое дело. Потребуется еще бесчисленное множество неуклюжих попыток встать и неминуемых падений, пока удастся сделать уверенные шаги. Благодаря отсутствию боязни ребенок осваивает невероятно сложный процесс, где играют роль гравитационная постоянная, законы рычага и дифференциальные уравнения: ходьбу на двух ногах. Кто знает, вообще решились бы мы, взрослые, учиться ходить, осознавая, как это происходит.

Дети еще не боятся неудач, поэтому они гораздо креативнее взрослых. Однако в школе ошибок не терпят и сразу же их исправляют – в результате творческий потенциал существенно снижается. Вера Биркенбиль выступает за то, чтобы вообще не поправлять детей в процессе обучения. Это остановило бы бессознательный (примитивный) процесс обучения и сделало бы его осознанным.

У ребенка должно быть доброжелательное окружение, которое не только допускает ошибки, но и верит в способности малыша – таковы предпосылки для оптимального развития. А при позитивном отношении к учебе успех тоже не заставит себя долго ждать. На основе исследований было доказано, что у детей, желавших лучше успевать в определенной области, сразу же повышались показатели и по остальным школьным предметам. Взявшись за дело, ученики осознавали, что если захотеть стать лучше по одной дисциплине, то это возможно при помощи соответствующих упражнений. А если получается добиться успеха в одной сфере, то это удастся и в других. Поэтому очень важно подбадривать учащихся. Следствием этого станет более высокий средний балл.

В этом процессе зеркальные нейроны также играют важную роль, поскольку они связаны с чувствами. Всякий раз, когда мы упоминаем что-то негативное – сетуем по поводу чего-то, критикуем кого-то или смеемся над ним, – активизируются и соответствующие эмоции. Поэтому в школе – и тем более дома – должен доминировать позитивный настрой в отношении учебы.

© Scott Griessel – stock.adobe.com

О том, что это работает, свидетельствует случай Пабло Пинеды Ферреры – первого европейца с синдромом Дауна, получившего высшее педагогическое образование. Долгое время люди с трисомией 21 считались неспособными к обучению. В юные годы у Пабло был замечательный учитель – коррекционный педагог, который верил в мальчика. И такие позитивные ожидания учителя существенно изменили жизнь Пабло.

Чего ты стоишь как личность?

Однако не только ожидания конкретных людей, но и социальные институты влияют на то, каким вырастет человек – будет ли он доволен своей жизнью, сможет ли достаточно зарабатывать и так далее. Ведь аттестаты и дипломы разных учебных заведений не равнозначны. Врач или адвокат – профессии безусловно престижные, а вот с ремесленными специальностями всё не так очевидно. Определенные способности считаются более ценными, чем другие. Некоторые люди, окончившие среднюю школу, зачастую не зарабатывают в Германии достаточно денег на жизнь без забот. Как показано в фильме Эрвина Вагенхофера «Алфавит», некоторых ситуация настолько удручает, что выбор преступного пути не кажется им таким уж немыслимым. Вырваться из такого порочного круга зачастую непросто. Эта проблема в Германии масштабнее, чем кажется на первый взгляд: многие безработные с низкой квалификацией даже не попадают в статистику безработицы, потому что, к примеру, заняты на работах, где получают 1 евро в час.

© Anton – stock.adobe.com

Необходимо изменить мышление, чтобы люди без престижных дипломов также имели определенный статус. Потому что отсутствие свидетельства об образования или аттестат «более низкого ранга» ничего не говорит о наличии или отсутствии талантов. Более того, хорошее школьное образование и отличные оценки в школьном аттестате вовсе не гарантируют, что выпускник после окончания медицинского факультета станет превосходным хирургом – и, тем не менее, долгое время выпускников без среднего балла «отлично» в аттестате не принимали в медицинские вузы. Именно поэтому целесообразна идея продвижения каждого отдельного таланта. Однако это возможно только путем изменения системы школьного образования: в наши дни преподавание направлено на подготовку будущей университетской профессуры – на самом же деле туда попадают очень немногие.

Кен Робинсон, британский писатель и консультант, возглавлявший многочисленные международные проекты творческого характера, говорит об иерархии школьных предметов: первое место занимает математика, за ней следуют языки, затем предметы, связанные с искусством. Он не отрицает важность математики, однако считает танец не менее значимым. Чтобы проиллюстрировать свою мысль, Робинсон приводит случай Джиллиан Линн, в школьные годы страдавшей синдромом дефицита внимания. К счастью, у нее был учитель, который распознал ее талант к танцам. Мать отправила девочку учиться в танцевальную школу – и через несколько лет Джиллиан Линн стала успешным хореографом, работая в мюзиклах «Кошки» и «Призрак оперы».

© Andrey Lapshin – stock.adobe.com

Танцы, музыка, рисование

Арно Штерн, еще один педагог родом из Германии, также считает танцы, занятия музыкой и рисование необычайно важными для развития ребенка. Благодаря этим формам самовыражения дети становятся гармоничными личностями и могут многого достичь в жизни. В Париже он основал «Место для рисования» – студию, где «поиграть в живопись» могли как дети, так и взрослые, без всяких ограничений. Они просто рисовали то, что им хотелось. По мнению Штерна серьезно следует относиться не к жизни, а именно к игре. Ведь именно в игре важнее всего удовольствие и сам процесс, а не изготовление или производство чего-либо.

«Местом для рисования» Штерн руководит с 1949 года, и он отметил определенную тенденцию: если раньше картины были изобретательны, выполнены экспериментально и в игровой манере, то сегодня они выглядят более нарочитыми. Дети больше не рисуют спонтанно, они делают это по правилам взрослых, то есть, компонуют из того, что им уже известно. В современных рисунках больше нет ничего радостного, они выглядят, как картины. Ребенок всё больше утрачивает свою детскость, быстро взрослеет, над ним тяготеет теория и груз того, чему его обучили. Но самая большая проблема, с точки зрения Штерна, это то, что детей тренируют выполнять определенную задачу. Их формируют по лекалам взрослых. Дети должны вписываться в систему. Речь не идет о том, чтобы воспитать из них волевых людей. Скорее, они должны быть достаточно недовольными своей жизнью, чтобы компенсировать это потреблением.

Супруга Штерна считает, что после рождения ребенок сначала должен еще раз «родиться»: ему нужно дать возможность свободно развиваться, чтобы он смог самостоятельно понять и решить, чего он хочет, при этом не отнимая у него детства. Мы, взрослые, просто обязаны дать ему это счастье.

© blacksalmon – stock.adobe.com

Вальдорф – это не только танцевать свое имя

Школа, в которой такой подход реализуется, уже существует: вальдорфская школа – и вальдорфский детский сад. Здесь, помимо обучения школьным предметам, большое внимание уделяется художественному творчеству и ремесленным навыкам. Дети и подростки должны получать образование не только в интеллектуальной, но и в творческой, художественной, практической и социальной сферах. Поэтому все ученики посещают уроки рукоделия, где они вместе кроят, шьют и вяжут, а также уроки труда, где пилят, стучат молотком и шлифуют. Учебный план включает также садоводство и эвритмию, где язык и музыка обретают зримую форму через движение. Научные исследования подтверждают, что благодаря таким художественным формам деятельности и занятиям дети усваивают навыки, выходящие далеко за рамки собственно этих дисциплин.

Особенность школы такого типа состоит и в том, что ученики проводят вместе 12 школьных лет, как один класс – без оценок и, соответственно, без оставшихся на второй год. Для вальдорфской школы главное – не подготовить своих выпускников к университету – параллельно здесь также можно получить аттестат об окончании средней или реальной школы – а пробудить интерес к учебе, особенно в первые годы. Дети должны развивать личную инициативу. И не потому, что от них ждут хороших отметок, а потому, что их интересуют различные предметы. Уроки всегда связаны с той средой, в которой живут ученики. Важно также выявлять закономерности и связи между явлениями. В целом, задача школы – не только передавать знания, но и содействовать общему развитию каждого ребенка в течение определенного времени.

Существенный элемент вальдорфской педагогики – преподавание «по эпохам». Это значит, что ученики какое-то время посвящают освоению отдельной отрасли знаний: например, они в течение нескольких недель интенсивно упражняются в математике, географии, истории – или занимаются языком. На практике это выглядит так, что школьники по два часа в день упражняются в математике и, таким образом, глубже постигают тему – а через три недели настанет черед другого предмета.

© Rawpixel.com – stock.adobe.com

В здоровом теле здоровый дух!

Важное место в вальдорфских школах и детских садах занимает салютогенез. Суть его состоит в том, чтобы быть и оставаться здоровым, предотвращая возникновение болезней. Такой баланс можно обрести, когда тело и разум пребывают в гармонии. Целью является дожение баланса в различных сферах: между активностью и пассивностью, напряжением и расслаблением, концентрацией и созерцанием. Но также и между собственными интересами и интересами других. В рамках салютогенеза каждое утро и по необходимости выполняются активизирующие упражнения: школьники декламируют стихи, хлопают в ладоши или расслабляют свои мышцы и тело. После этого они снова приступают к интеллектуальным занятиям.

Как бы ни отличалась вальдорфская педагогика от других методик, она все же не абсолютно свободна и независима от социальных предписаний: в конце обучения вальдорфские ученики тоже сдают обязательные экзамены, как и их сверстники из других школ. Если они хотят получить определенный аттестат, им нужно подтвердить свои знания. В любом случае, после обучения в вальдорфской школе они получили правильный настрой и, что немаловажно, ощутили радость познания.

© shock – stock.adobe.com

Педагогическая поддержка для саморазвития – Монтессори

Детские сады и школы Монтессори имеют похожую концепцию. В центре их внимания также находится отдельный ученик и его личность. Эта педагогическая система исходит из того, что у ребенка есть внутренний план развития – с сильными и слабыми сторонами, а также индивидуальными способностями. Задача учителя – помочь ребенку сформироваться таким образом, чтобы этот план был реализован. Основной принцип педагогики Монтессори – «Помоги мне это сделать самому».

Но в чем именно заключается эта помощь для саморазвития? Решающую роль играет учитель, воспитатель, а еще раньше – родители. С точки зрения Монтессори, нет необходимости постоянно развлекать малыша. Скорее, ему нужно дать возможность обнаружить собственные интересы. Учитель также не предлагает «программу» и не является посредником в передаче знаний, а наблюдает за учеником и интерпретирует его поведение. Он готовит учебные материалы и оказывается рядом, когда ребенок хочет узнать что-то новое. При этом учитель предоставляет ученику свободу действий в том, что касается его интересов, поощряет его продолжать выбранное занятие и доводить начатое до конца.

Таким образом, дети учатся, исходя из собственной мотивации, могут сосредоточиться на своих талантах и потребностях, то есть, самоопределяются. Им предоставляется возможность развиваться в своем собственном темпе и не сравнивать себя с другими. Поэтому в такой школе тоже не нужны оценки.

© natalialeb – stock.adobe.com

Один, два или три?

Самоопределение подразумевает также, что дети могут принимать решения самостоятельно. Они вовлечены в обсуждение многих вопросов, которые касаются их самих – будь то совместная экскурсия, следующая исполняемая песня или картина, которая должна висеть в классе. С этой целью детям сначала дают исчерпывающую информацию и разъяснение, чтобы они могли сформировать собственное мнение. Затем их призывают свободно высказываться по теме, и их мнение имеет вес.

Сложность состоит в том, что дети все же не могут решать все без исключения вопросы, поскольку необходимо учитывать существующие нормы и ценности. Решения детей не всегда осмыслены, возникают спонтанно, потому что процесс развития их личности еще не завершен. А это обстоятельство не всегда является преимуществом. Поэтому учитель должен взвешивать, насколько он может учитывать пожелания детей.

Если позволить детям свободно развиваться, они вырастают независимыми и уверенными в себе личностями. Конечно, самоопределение означает также, что ребенку предстоит столкнуться с проблемами. С одной только разницей: никто не избавляет их от необходимости эти проблемы решать, и родители не приходят на помощь незамедлительно. Так дети учатся искать решения для себя и других, а также преодолевать первые трудности. Случается, что они терпят неудачу – точно так же, как в некоторых ситуациях во взрослом возрасте. При этом дети накапливают ценный опыт, который сослужит им службу в дальнейшей жизни.

© Photobank – stock.adobe.com

Укрепление сильных сторон

Педагогика Монтессори сосредоточена не на том, чего детям недостает, а на их талантах и способностях, которые следует развивать. Взрослые поощряют и поддерживают детей, чтобы они и дальше росли в тех областях, которые им по душе. Речь идет о не о пустых похвалах, а о положительном влиянии на ребенка через искреннюю поддержку.

Концепция Монтессори начинает действовать сразу после рождения. В первые шесть лет жизни малыш особенно восприимчив к раздражителям из своего окружения. На их основе развивается его личность и его способности. В эти годы ребенок демонстрирует высокую готовность к обучению.

Отказ от жестких правил

Мария Монтессори была одной из первых женщин, окончивших медицинский вуз с докторской степенью. В конце XIX века она разработала новый педагогический подход, где основное внимание уделялось ребенку как личности. Этим Мария Монтессори хотела дистанцироваться, прежде всего, от традиционных методов обучения, которые базировались на строгом соблюдении правил. То есть правил, установленных взрослыми и имевших мало общего с реальной жизнью детей.

© fizkes – stock.adobe.com

Концепция приносит свои плоды, ведь среди тех, кто обучался по системе Монтессори много знаменитостей: от двух принцев из британской королевской семьи до лауреата Нобелевской премии по литературе Габриэля Гарсии Маркеса, художника Фриденсрайха Хундертвассера и основателя социальной сети Facebook Марка Цукерберга. Нужно отметить, что не всем детям по плечу такая самостоятельность. Учиться под собственную ответственность означает также самому организовывать свой учебный процесс и отказаться от привычного потребительского отношения. Порой это вселяет в детей неуверенность.

А может лучше совсем без школы?

Один из таких детей, которые никогда не ходили в школу – сын Арно Штерна. Родители предоставили ему абсолютную свободу развития. У него было счастливое и беззаботное детство, ведь благодаря особой системе воспитания ему были неведомы такие вещи как страх перед экзаменами. Мальчик смог сохранить уверенность в себе, потому что его никогда не сравнивали с другими и ему не приходилось ничего доказывать. Родители не требовали от сына учиться тому, что его не интересовало, поэтому он мог все свое время посвящать увлекательным вещам. Читать он научился очень поздно – когда родители уже начали беспокоиться. Но в какой-то момент у него возникло желание освоить чтение. Ему пришлось это сделать, чтобы двигаться дальше, ведь мальчику хотелось знать, как работает миниатюрная железная дорога – для этого он ее разобрал. Ну а узнать больше можно было только из книг. Поэтому мальчик самостоятельно научился читать.

В целом, обучение никогда не было для него самоцелью. Он всегда учился тогда, когда ему того хотелось. Так, этот урожденный француз занимался немецким языком до шести часов в день, просто потому, что ему это нравилось. Сегодня Андре Штерн – мастер по изготовлению гитар, музыкант, автор книг, а еще он хорошо говорит по-немецки. Факторы, оказавшие влияние на его становление – большая свобода и способность увлекаться.

© fizkes – stock.adobe.com

А если смолоду ничему не научился?

Что конкретно происходит в мозге в процессе обучения? Чтобы представить это наглядно, следует уяснить, что при рождении мозг полностью «готов». Все клетки мозга уже сформировались. Не хватает только связей между ними. Именно это и происходит во время обучения: устанавливаются новые связи, образуются новые «дорожки». Каждый раз, когда мы занимаемся какой-либо деятельностью, такие дорожки либо прокладываются заново, либо укрепляются. Вот почему нам так трудно переучиваться: в этом случае уже имеющиеся дорожки, к которым мы привыкли, приходится заменять другими. Если мы не используем ту или иную область нашего мозга потому, что отказались от какой-либо деятельности, связи снова ослабевают.

Удивительно и одновременно важно то, что наиболее интенсивное обучение происходит в первые годы жизни. Ребенок движется вперед семимильными шагами, он приобретает много знаний и всевозможные новые навыки. Лишь после этого осуществляется «точная настройка», когда становятся важны детали. Мозг регулирует процесс обучения маленьких детей таким образом, чтобы сначала они воспринимали простые вещи, а затем постепенно переходили к более сложным. Через несколько лет мозг активно снижает скорость обучения, и с этого момента человек может усваивать новую информацию лишь небольшими порциями. Преимущество более поздней стадии состоит в том, что с этого момента мозг может запоминать вещи хорошо и надолго – на раннем этапе он не обладал такими способностями.

Старше 17 – и уже старый

Скорость обучения людей постарше составляет всего 10 процентов от скорости обучения детей. «Людьми постарше» называют в данном случае тех, кто старше 17-ти лет. Мозг этих «пожилых людей» хотя и учится чему-то новому, но этот процесс существенно замедлен. То есть пословица «Учи дитя, пока оно поперёк лавки лежит» действительно верна. В основном, взрослые приобретают новые знания и навыки, лишь немного варьируя уже имеющиеся в мозге связи.

Знаете ли вы,

что мозг женщин после рождения ребенка полностью перестраивается? Именно поэтому в первые шесть недель после родов в умственном отношении они, что называется, «не на высоте». Зато потом, когда перестройка мозга завершена, женщины более работоспособны, чем прежде.

Показательный пример того, как работает мозг: уже в возрасте 7 месяцев ребенок распознает общие структуры языка, знает первые простые грамматические правила. Однако ему не нужно их активно заучивать, поэтому мозг усваивает их между делом. К шести годам ребенок владеет всеми грамматическими конструкциями просто потому, что все это время растет в окружении родного языка. Поэтому в раннем возрасте дети без проблем учатся иностранным языкам. 70‑летнему человеку, говорящему только на родном языке, будет трудно это сделать. Другой человек того же возраста, который уже знает четыре иностранных языка, способен сравнительно легко и быстро выучить еще один новый язык, потому что может опираться на уже существующие связи в мозгу; ему не понадобится на это шесть лет, как маленькому ребенку.

© Drazen – stock.adobe.com

Парадоксальная обувная коробка

Манфред Шпитцер называет наш мозг «парадоксальной обувной коробкой»: чем больше мы вложим в нее в раннем возрасте, тем больше поместится туда позднее. Вот почему дети должны начинать учиться рано и, главное, правильным вещам. Чем раньше родители или педагоги начнут участвовать в развитии детей и будут способствовать процессу обучения, тем лучше. Ведь структурные связи в мозге, не заложенные к 17 годам, позже формируются с трудом. Именно поэтому так прискорбно, что в некоторых странах дети не имеют возможности получить образование, поскольку им с раннего возраста приходится вносить свой вклад в финансовое обеспечение семьи.

© sarawutnirothon – stock.adobe.com

Знаете ли вы,

что целесообразно что-то учить максимум за двенадцать часов до отхода ко сну? Если мы действительно поняли то, чему хотим научиться, наш мозг сам выполнит необходимые повторения – а затем все само собой рассортируется в голове. Вот почему так важно больше спать в период экзаменов. При недостатке сна не всё переносится из краткосрочной памяти в головной мозг, и тогда затраченные усилия частично оказываются напрасными.

Именно в яслях, детском саду и начальной школе мы обучаемся тому, что будет влиять на нашу дальнейшую жизнь. В этих заведениях учителя и воспитатели закладывают основы для обучения на протяжении всей жизни. Поскольку в современном мире знания устаревают всё быстрее, важно пробудить в детях интерес к непрерывному познавательному процессу и подготовить их к нему. Тот, кто сохранит способность к обучению и любознательность, будет оптимально чувствовать себя в нынешнем (индустриальном) обществе. Но именно этому важному навыку до сих пор не учат в школе.

Сначала – детские сады

Поскольку начальный этап имеет решающее значение, фундамент для обучения на протяжении всей жизни должен закладываться уже в детском саду. В Германии с этим сложно, в том числе и потому, что зарплата воспитателей ниже средней по стране. По сравнению с университетским профессором учитель начальной школы тоже зарабатывает намного меньше, хотя с учетом вышесказанного результаты его работы куда важнее. Проблематично и то, что в Германии – в отличие от соседней Франции – детские сады не являются бесплатными.

Систему нужно совершенствовать. На это, не в последнюю очередь, указывает упомянутый в начале статьи факт, что сравнительно много детей не получают даже свидетельства о базовом образовании – аттестата об окончании средней школы.

Когда речь заходит о развитии дошкольников, часто возникает вопрос: следует ли использовать цифровые носители информации в первые годы обучения? Нейробиолог Манфред Шпитцер дает однозначный ответ: нет. Самым маленьким детям требуются сенсорные стимулы: им нужно ощущать запахи, вкусы, фактуры. Всего этого планшеты и ноутбуки дать не могут. Гораздо лучше предложить малышам пальчиковые игры. При помощи пальцев дети учатся считать: в нейробиологическом отношении кисти рук связаны с числами. В ходе научных экспериментов было доказано, что обучение счету на пальцах оказывает значительное влияние на то, как мы, взрослые, управляемся потом с числами. Поэтому такие традиционные методы обучения определенно следует сохранить.

© papa – stock.adobe.com

И что теперь?

Вы, наверное, задаетесь сейчас вопросом – что же делать? Как наши дети могут обучаться более осмысленно? Первым делом необходимо основательно пересмотреть нынешние методы обучения с учетом описанных подходов. Такие методы применимы лишь отчасти. Как только становится ясно, что подход устарел и не ведет к достижению цели, рекомендуется обратиться к другому. Шагом в верном направлении было бы упразднение соревновательности, а также воспитание в детях духа любознательности, пытливости и творчества. Важно воспитывать людей, которые следуют собственным интересам. Ведь если кому-то позволено заниматься тем, что он может лучше всего, большой успех гарантирован. А это, в свою очередь, приносит пользу всем.

© papa – stock.adobe.com

Почему мы написали эту статью?

Каждый день мы размышляем над тем, что нужно детям для полноценного развития, что им полезно и в то же время доставляет радость. Всё это мы учитываем при разработке нашей продукции. Ведь для того, чтобы создавать действительно хорошие игрушки, нужно хорошо знать детей и их потребности. Мы полагаем, у нас это получается неплохо.

QUADRO Ballcage

Комментировать

Обратите внимание, что комментарии проходят одобрение перед публикацией.